Copyright 2010 © All rights reserved. Design by www.melina-design.com
Поэзия - свет души человеческой...
Юлия Варшам
Exclusive Poetry Collection
Главная.Поэзия.Биография.Услуги.Рус. Писатели.Статьи.Арм. Писатели.
Главная.
Биография.
Поэзия.
Услуги.
Статьи.
Зар. Писатели.
Ссылки.
Контакты.
 
НЕЗАКАТНАЯ ЗВЕЗДА
(продолжение, часть пятая)

 
Я думаю: Как прекрасна Земля
И на ней человек.
И сколько с войной несчастных
Уродов теперь и калек!
И сколько зарыто в ямах!
И сколько зароют еще!
И чувствую в скулах упрямых
Жестокую судорогу щек.

Эти строки Есенина, наполненные и гордостью, и радостью, и болью за человека, его судьбу, проникнутые нескрываемой тревогой за будущее всего человечества, всей нашей планеты, могли бы по праву стать эпиграфом ко всем есенинским стихам и поэмам. И еще: они предельно современны. Появляется такое чувство, что они написаны в наши дни, когда с космических высот, в голубом ореоле, особенно прекрасной видится Земля и когда реальная угроза термоядерной и экологической катастроф, возможной гибели человечества объединяет всех людей доброй воли. Такова сила прозрения гениального художника.
Не перестает тревожить, что сейчас, когда гласность распахнула двери, мы, отвергая одну полуправду, часто заменяем ее другой полу правдой. Когда то журнал какой-нибудь заявит, что такой-то поэт -самый «перестроечный», то он с телеэкрана провозгласит себя «прорабом перестройки» - я думаю о Сергее Есенине. Он, наша национальная гордость, и есть, по сути дела, самый перестроечный поэт! Его творчество - образец великой правды и исторической, и нравственной. Поэт видел, чувствовал и «черного человека», и человека будущего. Сегодня как-то по-особому звучат, казалось бы, такие лично-исповедальные слова великого Есенина:

Выть поэтом - это значит то же,
Если правды жизни не нарушить,
Рубцевать себя по нежной коже,
Кровью чувств ласкать чужие души.

Ведь если подумать о духовной, нравственной сути перестройки, то она, наверное, и состоит в том, чтобы заглянуть правде в глаза. И правде эпохи, и правде времени, и собственной своей правде - в свою совесть, в свою душу; без точного, ясного определения сути правды - правды исторической, правды настоящего и будущего - трудно избежать многих перекосов как экономических, так и нравственных.
Сегодня мы с тревогой говорим, что в погоне за материальным начинаем все больше терять человечность, милосердие. И вот Есенин... Он очищает наши души, потому что настоящая русская литература, настоящая поэзия всегда была совестью народа, его духовностью и нравственной опорой.
Сложные процессы происходят в мире. С одной стороны, растет национальное самосознание народов, с другой - происходит размывание национального. Если говорить об этом по отношению к нашей стране, к Есенину, то Есенин чувствовал опасность национального нигилизма. Великий русский поэт, который, может быть, лучше всех сказал в стихах о подвиге 26 бакинских комиссаров, любви к грузинскому народу и Грузии, мечтал, когда все народы станут единой братской семьей. И он же, Есенин, не мыслил себя, своей жизни без России.

Но и тогда,
Когда во всей планете
Пройдет вражда племен,
Исчезнет ложь и грусть, -
Я буду воспевать
Всем существом в поэте
Шестую часть земли
С названьем кратким «Русь».


Гениальный поэт всегда народен и современен. Каких бы сторон его творчества мы пи коснулись, к каким бы его стихам и поэмам ни обратились.
* * *
Неодолимо движение времени. Одно поколение сменяет другое. Русь советская, разворачивая перестройку, готовится вступить в XXI век... Движется, живет по своим законам мир поэзии - Вселенная души человечества. Беспрерывно нарождаются и вспыхивают в этом чудесном мире новые поэтические звезды и звездочки. Одни сгорают и навсегда затухают еще при жизни их «хозяина», свет души от других доходит к нам на протяжении десятилетий, и лишь немногие, очень немногие согревают народную «живую душу» в веках, разгораясь со временем все ярче и ярче. Имя одной из таких прекраснейших лучезарных звезд в бессмертном поэтическом созвездии России - Сергей Есенин. Оно - вечно...


Автобиография Сергея Есенина

О СЕБЕ


Родился в 1895 году, 21 сентября, в Рязанской губернии, Рязанского уезда, Кузьминской волости, в селе Константинове.
С двух лет был отдан на воспитание довольно зажиточному деду по матери, у которого было трое взрослых неженатых сыновей, с которыми протекло почти все мое детство. Дядья мои были ребята озорные и отчаянные. Трех с половиной лет они посадили меня на лошадь без седла и сразу пустили в галоп. Я помню, что очумел и очень крепко держался за холку. Потом меня учили плавать. Один дядя (дядя Саша) брал меня в лодку, отъезжал от берега, снимал с меня белье и, как щенка, бросал в воду. Я неумело и испуганно плескал руками, и, пока не захлебывался,/он все кричал: «Эх! Стерва! Ну куда ты годишься?..» «Стерва» у него было слово ласкательное. После, лет восьми, другому дяде я часто заменял охотничью собаку, плавал по озерам за подстреленными утками. Очень хорошо лазил по деревьям. Среди мальчишек всегда был коноводом и большим драчуном и ходил всегда в царапинах. За озорство меня ругала только одна бабка, а дедушка иногда сам подзадоривал на кулачную и часто говорил бабке: «Ты у меня, дура, его не трожь, он так будет крепче!» Бабушка любила меня из всей мочи, и нежности ее не было границ. По субботам меня мыли, стригли ногти и гарным маслом гофрили голову, потому что ни один гребень не брал кудрявых волос. Но и масло мало помогало. Всегда я орал благим матом и даже теперь какое-то неприятное чувство имею к субботе. Так протекло мое детство. Когда же я подрос, из меня очень захотели сделать сельского учителя и потому отдали в церковно-учительскую школу, окончив которую я должен был поступить в Московский учительский институт. К счастью, этого не случилось.
Стихи я начал писать рано, лет девяти, но сознательное творчество отношу к 16 - 17 годам. Некоторые стихи этих лет помещены в «Радунице». Восемнадцати лет я был удивлен, разослав свои стихи по журналам, тем, что их не печатают, и поехал в Петербург. Там меня приняли весьма радушно. Первый, кого я увидел, был Блок, второй - Городецкий. Когда я смотрел на Блока, с меня капал пот, потому что в первый раз видел живого поэта. Городецкий меня свел с Клюевым, о котором я раньше не слыхал ни слова. С Клюевым у нас завязалась при всей нашей внутренней распре большая дружба.
В эти же годы я поступил в Университет Шанявского, где пробыл всего 1 1/2 года, и снова уехал в деревню. В Университете я познакомился с поэтами Семеновским, Наседкиным, Колоколовым и Филипченко.
Из поэтов-современников нравились мне больше всего Блок, Белый и Клюев. Белый дал мне много в смысле формы, а Блок и Клюев научили меня лиричности. В 1919 году я с рядом товарищей опубликовал манифест имажинизма. Имажинизм был формальной школой, которую мы хотели утвердить. Но эта школа не имела под собой почвы и умерла сама собой, оставив правду за органическим образом.
От многих моих религиозных стихов и поэм я бы с удовольствием отказался, но они имеют большое значение как путь поэта до революции. С восьми лет бабка таскала меня по разным монастырям, из-за нее у нас вечно ютились всякие странники и странницы. Распевались разные духовные стихи. Дед напротив. Был не дурак выпить. С его стороны устраивались вечные невенчанные свадьбы.
После, когда я ушел из деревни, мне долго пришлось разбираться в своем укладе.
В годы революции был всецело на стороне Октября, но принимал все по-своему, с крестьянским уклоном. В смысле формального развития теперь меня тянет все больше к Пушкину.
Что касается остальных автобиографических сведений, - они в моих стихах.

* * *
Вот уж вечер.
Роса Блестит на крапиве.
Я стою у дороги,
Прислонившись к иве.
От луны свет большой Прямо на нашу крышу.
Где-то песнь соловья Вдалеке я слышу.
Хорошо и тепло, Как зимой у печки.
И березы стоят, Как большие свечки.
И вдали за рекой, Видно, за опушкой,
Сонный сторож стучит Мертвой колотушкой.
Главная.
Биография.
Поэзия.
Услуги.
Статьи.
Зар. Писатели.
Ссылки.
Контакты.
- 1 - 2 - 3 - 4 -