Copyright 2010 © All rights reserved. Design by www.melina-design.com
Поэзия - свет души человеческой...
Юлия Варшам
Exclusive Poetry Collection
Главная.Поэзия.Биография.Услуги.Рус. Писатели.Статьи.Арм. Писатели.
Главная.
Биография.
Поэзия.
Услуги.
Статьи.
Зар. Писатели.
Ссылки.
Контакты.
 
Страница московской биографии М. Ю. Лермонтова

  ...покуда я живу. Клянусь, друзья, не разлюбить Москву. Лермонтов прожил в Москве первые 18 лет своей жизни. Переезд летом 1832 года в холодный, чиновный Петербург он переживал чрезвычайно мучительно. «Можете себе представить мой восторг, когда я увидел Наталью Алексеевну (сестру бабушки Елизаветы Алексеевны.— И. Ч.),— писал поэт 2 сентября 1832 года своей московской приятельнице М. А. Лопухиной,— она ведь приехала из наших мест, ибо Москва моя родина и всегда ею останется. Там я родился, там много страдал и там же был слишком счастлив!..»
Так с этого времени в сознании Лермонтова Москва устойчиво ассоциируется с счастливым временем юношеских надежд и мечтаний, с ощущением полноты жизни, в которой есть место блаженству и страданию, любви и печали, тревоги к душевному покою.
Лермонтов так и не смог полюбить официальную и парадную николаевскую столицу, хотя именно с Петербургом связан расцвет его творчества, значительнейшие события его литературной, писательской биография.
Оставив Москву летом 1832 года, Лермонтов неоднократно бывал в ней — проездом: в 1838 году он был там в январе, в 1840 году жил весь май, в 1841-м — несколько дней в январе — феврале, когда возвращался с Кавказа в Петербург, и в апреле — по дороге на Кавказ, к месту службы в Тенгинский пехотный полк.
«Если бы мне позволено было оставить службу,— говорил Лермонтов, прощаясь с Москвой,— с каким удовольствием поселился бы я здесь навсегда». Эти слова были не только выражением признательности поэта гостеприимным хозяевам московских салонов, в которых он бывал; говоря о своем желании жить в Москве, Лермонтов, мечтавший оставить военную карьеру ради литературных занятий, подтверждал свою близость кругу московских литераторов.
Нам известно, что Лермонтов был приглашен 9 мая 1840 года на именинный обед Н. В. Гоголя в саду дома М. П. Погодина на Девичьем Поле, где собралась вся литературная Москва. 10 мая Лермонтов в широко известном в Москве семействе Свербеевых встречается с Гоголем, поэтессой Каролиной Павловой, графиней Е. А. Зубовой. Удивительная красавица, имевшая по справедливости репутацию умной и высоко образованной женщины, Е. А. Свербеева привлекала в свой салон, расцвет деятельности которого относится к 1840-м годам, самых замечательных представителей современной науки и литературы — образованных людей разных направлений и всех возрастов. Судьба Лермонтова, к 1840 году уже известного поэта, видимо, не была безразличной московской Рекамье — так называл Свербееву А. И. Тургенев; 10 мая 1841 года, после отъезда Лермонтова на Кавказ, Свербеева писала А. И. Тургеневу: «...Лермонтов провел пять дней в Москве, он поспешно уехал на Кавказ, торопясь принять участие в штурме, который ему обещан. Он продолжает писать стихи со свойственным ему бурным вдохновением»2.
Бывал Лермонтов и у А. П. Елагиной (о ее салоне еще будет идти речь), и у супругов Павловых в их богатом доме на Рождественском бульваре; есть сведения, что у Павловых оста¬вались рукописи лермонтовских стихов.
Первая половина мая 1840 года — время интенсивного общения поэта с московскими славянофилами — А. С. Хомяковым и Ю. Ф. Самариным.
Встречаясь с Хомяковым в домах их общих светских знакомых и литераторов, Лермонтов мог наблюдать его в пылу горячего спора, в который Хомяков мгновенно превращал любой разговор: «Для Алексея Степановича Хомякова разговаривать значило вести диспут. В этом деле он был неукротимый боец: свои состязания ловко и задорливо умел тянуть до бесконечности. Когда же противник начинал с ним соглашаться, он придерется к какому-нибудь его словечку или обмолвке, бросится в сторону и является перед ним с новым запасом вооружения, дает другой оборот спору и другую обстановку и повторяет такую атаку до тех пор, пока тот не выбьется из сил».
Хомяков хорошо знал лермонтовские стихи: особенно ему нравилась «Песня про царя Ивана Васильевича...». Чрезвычайно высокого мнения был Хомяков и о прозе Лермонтова; к маю 1840 года относится его отзыв о Лер-монтове как о человеке «с истинным талантом».
С Ю. Ф. Самариным Лермонтов познакомился еще в самом начале 1838 года — у живших на Солянке В 1840 —1841 годах, будучи в Москве, Лер¬монтов часто навещал Самарина; встретившись с Лермонтовым в его последний приезд в Москву в апреле 1841 года, Самарин записал в дневнике: «...Он (Лермонтов. И. Ч.) снова приехал в Москву. Я нашел его у Розена. Мы долго разговаривали. Он показывал мне свои рисунки. (...) Вечером он был у нас. На другой день мы были вместе под Новинском. Он каждый день посещал меня. За несколько дней до своего отъезда он провел у нас вечер с Голицыными и Зубовыми. На другой день я виделся с ним у Оболенских».
Лермонтов виделся с Самариным и в день своего отъезда на Кавказ — около 23 апреля 1841 года. Эта последняя их встреча вошла в летопись литературных событий начала 1840-х гг.: Лермонтов передал Самарину стихотворение «Спор» для его публикации в «Москвитя-нине» .
«Я никогда не забуду нашего последнего свидания, за полчаса до его отъезда, — писал Ю. Ф. Самарин 3 августа 1841 года. — Прощаясь со мной, он оставил мне стихи, его последнее творение. Все это восстает у меня в памяти с поразительною ясностью. (...) Он говорил мне о своей будущности, о своих литературных проектах, и среди всего этого он проронил о своей скорой кончине несколько слов, которые я принял за обычную шутку с его стороны. Я был последний, который пожал ему руку в Москве».
Уже 1 мая 1841 года «Спор» стал известен в московских литературных кругах; он был прочитан в салоне А. П. Елагиной. Стихи привез Грановский, который чрезвычайно высоко ценил поэтический дар Лермонтова. 6 мая у Елагиных же он читал «Последнее новоселье», восторженно встреченное слушателями. Катенька Мойер, будущая жена старшего сына Авдотьи Петровны и Алексея Андреевича Елагиных Василия, записала в своем дневнике: «...он (Грановский. И. Ч.) нам читал дивное стихотворение Лермонтова о Наполеоне. Грановский вскоре ушел, и все пошли спать, кроме Марии, Василия и меня; мы спорили о Лермонтове. Василий утверждал, что модные молодые люди обожают Лермонтова и видят в нем родоначальника нового поколения, желающего быть героями нашего времени».
Эта дневниковая запись Е. И. Мойер интересна во многих отношениях. Главное действующее лицо здесь — В. А. Елагин, студент юридического факультета Московского университета, от имени младших современников Лермонтова (Елагин на 4 года моложе поэта) заявляющий о единодушном и восторженном признании лермонтовской поэзии в кругу своих друзей.
Василий Елагин, рассказывая своим домашним об увлечении знакомых ему молодых людей лермонтовскими стихами, не назвал ни одного имени. Конспективную запись его рассказа мы попытаемся наполнить конкретным содержанием: ведь это тот драгоценнейший материал, который позволяет нам увидеть Лермонтова глазами ближайшего за ним поколения, которую наблюдал на обеде у Погодина А. И. Тургенев. Такой взгляд многое добавляет к нашему обычному, современному видению, нашему современному прочтению удивительных лермонтовских стихов.
Лермонтов очень рано стал классиком - почти сразу после своей гибели. Мы вполне поймем причину этого, лишь обратившись к истории жизни лермонтовской поэзии, самой личности Лермонтова в сознании русского общества начиная с первых лет 1840-х годов, в частности к истории идейных, творческих взаимоотношений Лермонтова с его младшими современниками.
Вернемся к лермонтовскому сюжету, записанному Мойер со слов Василия Елагина. Что являл собою круг друзей Елагина? Представить себе его весьма нетрудно: это в большинстве своем воспитанники университета, юноши, принятые в число студентов в 1835 - 1836 годах. С одним из них мы уже знакомы - Ю. Ф. Самарин (1819 - 1876), студент словесного факультета, одаренный блестящими способностями, даром слова, редкой памятью; он один из самых видных, находчивых и остроумных среди плеяды замечательных молодых людей, своих однокашников. Лермонтов не случайно так часто виделся с Самариным, будучи в Москве в 1838 - 1841 годах. Видимо, они смогли вполне оценить друг друга, оказавшись удивительно близкими не только интеллектуально, но и по темпераменту: в Самарине уже в юные годы были заметны «страсть к противоречию и спору, увлекавшая его до парадокса и утопий, и врожденная наклонность к сарказму и насмешкам, которая с летами постоянно росла и обострялась до крайности ради красно го словца. Эти последняя способность немало создала ему врагов»".
Еще ряд имен нам дает обращение к мемуар ной литературе, посвященной салону А. П. Елагиной, который в течение по крайней мере двух десятков лет был средоточием русской культуры и научной мысли. Старинный дом около Красных ворот в тупичке за церковью Трех святителей, с обширным тенистым садом и почти сельским простором был хорошо известен всей просвещенной Москве, всему литературному и ученому миру древней русской столицы.


Главная.
Биография.
Поэзия.
Услуги.
Статьи.
Зар. Писатели.
Ссылки.
Контакты.
- 2 - 3 - 4 - 5 -