Copyright 2010 © All rights reserved. Design by www.melina-design.com
Поэзия - свет души человеческой...
Юлия Варшам
Exclusive Poetry Collection
Главная.Поэзия.Биография.Услуги.Рус. Писатели.Статьи.Арм. Писатели.
Главная.
Биография.
Поэзия.
Услуги.
Статьи.
Зар. Писатели.
Ссылки.
Контакты.
1 - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11 - 12 - 13 - 14
 
О РАССКАЗАХ УИЛЬЯМА САРОЯНА
продолжение, часть 4

Он умеет несколькими штрихами оживить человеческое лицо, характер, он мастерски строит живой диалог с выразительным подтекстом. Этим, в частности, и достигается стремительность и компактность сарояновских рассказов, о которых такой мастер английской прозы, как Грэм Грин, в свое время заметил: «Вы и оглянуться не успеваете, как моментально погружаетесь в рассказ. Он (Сароян. - Н. Г.) не тратит слов на то, чтобы представлять вам героев, как если бы в его намерения входило писать по меньшей мере трехтомный роман; они представляют себя сами...». Остроумием, тонкостью, эмоциональной насыщенностью диалога блещут многие сарояновские рассказы, в особенности такие, как «В горах мое сердце», «В теплой, тихой долине дома», рассказы цикла «Меня зовут Арам». Мы читаем, например, остроумнейше построенную писателем беседу дяди Мелика с Арамом о рогатых жабах и прочей твари, населяющей купленный им пустырь («Гранатовая роща»), и из этого комического диалога, сделанного средствами тончайшего юмора, перед нами, в конечном счете, возникает лирический образ, всплывает трогательно поэтическая суть смешной видимости. Диалог этот может служить образцом сарояновского умения пронизывать очень конкретный и непритязательный текст эмоционально богатым и этически значимым подтекстом. И как тонко соотнесены здесь две различные интонации - пытливо-серьезная, задумчивая, порой возвышенная интонация вопросов и восклицаний дяди" Мелика и по-мальчишески бесхитростный, деловито-простой голос отвечающего ему Арама. Как великолепно высвечены две эти интонации одна другою и как они слиты в своем причудливом и неторопливом движении к многозначительному и волнующему итогу этого «нелепого» разговора! Неслучайно критик Д. Хэйни в своем основательном исследовании «Новейшая американская литература» утверждает, что «разговор Арама и Мелика о рогатых жабах - один из самых несуразных и вместе с тем самых очаровательных диалогов во всей нашей новой литературе».
Сароян - один из тех мастеров новеллистики, творчеством которых подтверждается неисчерпаемость формы рассказа. И на только потому, что ему подвластны многие разновидности этой формы - новелла лирическая и новелла остродраматическая, рассказ настроений и рассказ характеров,, картинка из «потока жизни» и рассказ - притча, психологический этюд и бытовая зарисовка, эксцентричная юмореска и поэтическая миниатюра. Сароян - один из тех писателей-рассказчиков, в творчестве которых обновляется и обогащается сама поэтика жанра, его художественная структура. Ориентируясь не на традиционные литературные формы, а на формы, в которых протекает сама жизнь, стремясь изображать жизнь такой, как она есть, Сароян-рассказчик отказывается от сюжета, основанного на фабуле как на цепи событий. Как в рассказе Шервуда Андерсена, Хемингуэя, так и в сарояновском рассказе сюжет переносится на новую основу - вместо событий ею становится авторский взгляд на мир, а при этом решающее значение приобретает тонкая, продуманная композиция. Интерес, заразительность такого рассказа, сила его эстетического воздействия достигается умением художника органически соотносить «внешнее» с «внутренним», освещать мелкие элементы одного события, одного эпизода взглядом и отношением, движением чувств, внутренней работой души и сознания как персонажей, действующих в рассказе, так и повествователя, и самого автора. Порывая со всякой искусственностью и условностью, приближаясь к формам самой жизни и наполняясь энергией чувства, рассказ обнаруживает под пером Сарояна новые свои возможности, неисчерпаемость жанра.
«Что такое роман? Роман - это романист, и рассказ - это рассказчик». Эта очень простая, но и емкая формула из сарояновского предисловия к первому изданию «Отважного юноши на летящей трапеции» говорит о том, что не канонами творится искусство, а талантом художника, его видением мира, открытой жизнью его сознания и сердца, а это значит, что она утверждает и творческую свободу художника, и - в равной мере - его ответственность. Сарояну-рассказчику присущи оба эти качества. Сознание высокой миссии искусства - служить людям и их единению, глубоко нравственное гуманистическое переживание жизни, талантливость» душевная открытость, непринужденность, самобытное поэтическое видение мира - таковы черты художественной индивидуальности Сарояна, определяющие жизненность и ценность того, что создано им в искусстве.
«Я думаю, - пишет Сароян в 60-е годы, - что назначение искусства в том, чтобы снабдить пустившееся в странствие человечество хорошо разработанной, надежной картой, показывающей ему путь к самому себе».
И если литература XX века усилиями лучших своих представителей сумела действительно нанести на ту карту, о которой говорит Уильям Сароян, немалое число существенных линий, а в дополнение к ним и» тончайших штрихов, то можно с уверенностью утверждать, что в новом, улучшенном рисунке этой карты, среди штрихов, которые с нее не сотрутся, есть и принадлежащие самому Сарояну, талантливо и правдиво, сочувственно и сердечно рассказывающему о жизни и о человеке.

Заключение

В заключение хочется отметить, что два рассказа Уильяма Сарояна - "Парикмахер, у дяди которого дрессированный тигр отгрыз голову" (1983г.) и "Самая холодная зима с 1854 года" (1988г.) - были экранизированы режиссером Валерием Мелконяном.




Главная.
Биография.
Поэзия.
Услуги.
Статьи.
Зар. Писатели.
Ссылки.
Контакты.